Асқар Тоқпанов атындағы Жамбыл облыстық қазақ драма театры

+7 (7262) 45-29-68
+7 (7262) 45-79-70
Тараз қ, Абай проспект, 115

Знамя труда газетінде «Абай как пророк указывает нам путь истинный» атты мақала жарық көрді.

Аскарбек СЕЙЛХАН:
Автор Кукен ОРШАБЕКОВ Опубликовано 21 июня 2020 года.
«Абай как пророк указывает нам путь истинный»
Перефразируя известное изречение, можно сказать, что у каждого человека, так или иначе знакомого с творчеством великого Абая, своя дорога к постижению его мудрости. Наверное, это зависит от характера, возраста и положения индивида в обществе, а также от социальной среды, в которой он живет.
А как воспринимает Абая человек, которому предоставилась возможность сыграть роль великого мыслителя перед зрительской аудиторией? Моим собеседником является заслуженный артист Республики Казахстан, член Союза журналистов Республики Казахстан Аскарбек Сейлхан.
— Асеке, в театральной среде Казахстана Вы человек известный, на Вашем счету немало серьезных постановок, и все-таки, скажите, с каким чувством Вы взвалили на себя эту непростую роль?
— Прежде всего, хочу сказать несколько слов о самом проекте. Это не театральная постановка, а монолог перед телезрителями. Его инициировало руководство Жамбылского областного телеканала «Jambyl». И я, конечно, благодарен им за то, что именно мне доверили эту важную роль.
По большому счету, каждый артист в душе лелеет мечту сыграть какого-нибудь исторического или политического деятеля. В советское время, например, было очень престижно играть роль Ленина. Как правило, следом шли звания и награды.
Образ Абая на театральной сцене Казахстана впервые появился в 1945 году к 100-летию великого поэта и просветителя. И в этом была огромная заслуга, прежде всего, Аскара Токпанова, чье имя в прошлом году было присвоено нашему областному театру.
Попытка приблизиться к Абаю у меня была еще в 90-е годы, когда я работал в Кызылординском областном драматическом театре. Уже шли репетиции спектакля, но в силу различных обстоятельств мне не суждено было сыграть эту роль. Помешало мое служебное положение: тогда почему-то считалось, что директор театра должен заниматься лишь административными делами. А роль отдали другому человеку.
Но позднее благодаря стечению других обстоятельств мне все-таки удалось приблизиться к духовному наследию Абая. В 2014 году кинорежиссер Доскан Жолжаксынов приступил к работе над фильмом «Кунанбай». Он предложил мне сыграть роль бия Сарыбая. Съемки проходили на родине Абая — в местностях Карауыл, Жидебай, Каскасу, близ родника Айгерим и пещеры Коныр-Аулие. То есть именно там, где когда-то ступала нога Абая, где прошла его жизнь. Для нас, участников киносъе¬мок, все это было волнительно. А фильм «Кунанбай» после его демонстрации стал большим достижением казахской кинематографии и был удостоен Государственной премии РК.
Довелось мне поучаствовать и в небольших видеороликах, посвященных творчеству Абая. Эти сюжеты затем демонстрировались по телеканалу «Хабар».
И вот новая работа над образом. Время на подготовку было ограниченным, но, мне думается, проект получился удачным. По крайней мере, от знакомых и незнакомых людей, смотревших телепередачу, слышу только хорошие отзывы.
— Мне тоже понравилась Ваша работа. «Слова назидания» Абая, написанные им более ста лет назад, актуальны и сегодня. Выходит, что с тех пор в сознании людей и в их поступках мало что изменилось?
— К сожалению, это надо признать. Многие человеческие пороки «благополучно» перешли из ХIХ века в наше время. По сути, поведение и поступки некоторых наших сограждан как бы скопированы из той социа¬льной среды, в которой жил и творил Абай. «Слова назидания» он написал в возрасте 40 лет. При этом не скупился на резкие характеристики и выражения в отношении соплеменников. Но не ненавистью пропитаны его строки, как пытались утверждать некоторые исследователи, а, прежде всего, тревогой и печалью за судьбу своего народа. Именно поэтому он говорит жестко, не стесняясь обличительных эпитетов. Только человек, по-настоящему беспокоящийся за близких ему людей, может в порыве гнева и бессилия назвать их ненасытными и бездарными, ленивыми и властолюбивыми. Гневно обрушивается он на местных правителей: «Достигнув власти хитростью и обманом, волостные не замечают тихих и скромных, а стараются наладить отношения с людьми подобными себе — увертливыми и ухватистыми, рассчитывая на их поддержку, а пуще всего опасаясь их вражды». Как это знакомо нам, людям ХХI века!
Но Абай не ограничивается лишь критикой пороков своего окружения. Он указывает им путь, по которому следует идти, чтобы не остаться на обочине цивилизации. Надо «неустанно учиться ремеслу, трудиться, а не проводить время в унизительных раздорах между собой», займитесь земледелием, торговлей, стремитесь к науке и искусству, говорит Учитель.
При этом его самого постоянно мучили душевные терзания. Вот что он пишет в девятом Слове назидания: «Я сам казах. Люблю я казахов или не люблю? Когда б любил, одобрил бы их нравы, нашел бы в их поведении какую-нибудь малость, что принесла бы мне радость или утешение, позволила бы довольствоваться не теми, так иными их качествами, и не померкла бы надежда моя. Но нет этого. Когда б не любил, не стал бы говорить с ними, делиться сокровенными мыслями, советоваться, входить в их круг, интересоваться их делами, спрашивая, что там делают, что происходит, полеживал бы себе спокойно, нет — так вовсе откочевал бы от них. Надежды такой, что они изменятся или я образумлю, исправлю их, тоже не питаю. Не испытываю ни одного из этих чувств. Как же так? Должен бы склониться к чему-то одному.
Я хоть и живу, живым себя не считаю. Не знаю, от досады ли на людей, от недовольства ли собой, а может, и по какой иной причине. Внешне жив, внутри все мертво. Сержусь, но не испытываю гнева. Смеюсь, но не могу радоваться. Слова, произносимые мной, и смех кажутся мне не моими. Все чужое.
В молодые годы и не помышлял о том, что можно оставить свой народ, любил казахов всей душой, верил в них. Когда же довелось узнать людей, когда постепенно угасла моя надежда, обнаружил: нет уже той силы, которая позволила бы покинуть родные края, породниться с чужими. Поэтому в груди у меня сейчас пустота. А вообще думаю: может, оно и к лучшему? Умирая, не буду страдать: «Увы, не привелось изведать еще такой-то радости». Не терзаясь сожалениями о земном, утешусь надеждой на предстоящее».
Только у Абая мы можем научиться настоящей любви к народу и сопереживанию. И потомков своих мы должны учить на примере нашего мудрого наставника. Абай — это океан. Глубокий и еще не изведанный.
— Как известно, жизнь Абая пришлась на сложный период в истории казахского народа. В Степи усиливается феодальный и колониальный гнет, вводятся новые формы правления. Все эти процессы, надо полагать, беспокоили Абая как защитника интересов своего народа и поборника справедливости…
— Несомненно. Абай с тревогой переживал за судьбу народа и открыто высказывался по этому поводу. Царская администрация заподозрила его в связях с революционно настроенными лидерами зарождающейся партии «Алаш». И однажды к нему домой пришли с обыском в поисках улик, подтверждающих связь с алашординцами. Каких-либо компрометирующих свидетельств урядники не нашли, но увезли с собой целый сундук его рукописей, якобы для исследования. Впоследствии они так и не были возвращены владельцу и пропали бесследно.
Говорят, в бумагах этих была не только частная переписка Абая с друзьями и родственниками. Среди них были и литературные произведения. Сегодня известно, что поэт написал более 170 стихотворений, 45 слов назидания и три поэмы. Высказываются предположения, что это не полный список того, что было создано им на самом деле. Возможно, в том сундуке хранились и другие ценные произведения поэта, которые так и не дошли до нас. Мы потеряли часть национального достояния. Но даже то, что имеем, убедительно свидетельствует о величии Абая как поэта и мыслителя.
А ведь мы могли потерять и самого Абая. В детстве и отрочестве он перенес немало психологических потрясений и даже занемог от пережитого. Болезнь не отпускала его целых десять дней. Но благодаря милости Всевышнего юноша выздоровел. Есть в этом и большая заслуга его заботливой бабушки Зере.
— До сих пор не утихают споры по вопросу: был ли Абай в Кордае. На этот счет высказываются различные мнения, в разговорах участвуют и авторитетные в литературных кругах люди. Хотелось бы узнать Ваше мнение по этому вопросу?
— Действительно, мнения на этот счет высказываются различные. Одни утверждают, что об этом в свое время говорил Кенен Азербаев, другие ссылаются на события, происходившие в то время в кругу родственников местного правителя Ногайбая. Но каких-либо документальных подтверждений пребывания Абая на кордайской земле нет. Наш земляк, ученый Мекемтас Мырзахметов, многие годы скрупулезно изучающий жизненный путь Абая, говорит, что такое дальнее путешествие из Восточного Казахстана в наш край было невозможным по той причине, что поэт не отличался отличным здоровьем и выносливостью. А иных способов добраться сюда, кроме как верхом на лошади или на телеге, тогда не было. Правда, в Кордае проживают представители абаевского рода Тобыкты по женской линии. Но это уже совсем другая история и связана она с женщиной по имени Акмай.
Суть не в том, был Абай в Кордае или нет. Главное, чтобы его литературное наследие не забывалось, чтобы его «Слова назидания» и другие творения будоражили сердца и разум наших современников, помогали им ориентироваться в жизненном пути.
— А давайте представим, что Абай оказался сегодня среди нас, в современном обществе. Как Вы думаете, остался бы он доволен нами — своими потомками?
— Сомневаюсь в этом. Увидев нас и некоторые наши нехорошие дела и поступки, он бы, наверное, глубоко опечалился. А потом, в силу своего прямолинейного характера, обрушил бы на нас весь свой гнев. И был бы прав!
Ведь мы не прислушались к его «Словам назидания», не оправдали его надежд. Мы погрязли в мелочных разборках, во лжи, не дорожим своей честью, ленивы и одержимы властолюбием. Мы озабочены только тем, чтобы разбогатеть, насытиться и ради этого готовы даже отдать душу дьяволу. Не потому ли у нас пышным цветом расцвела коррупция, не потому ли хозяевами положения стали не скромные труженики, а ухватистые и безграмотные типы.
Откровенно выразился по этому поводу наш видный государственный и общественный деятель Мырзатай Жолдасбеков. «Современные казахи мало чем отличаются от своих сородичей времен Абая. Взаимная вражда, пошлость, зависть, бесчестность, жажда наживы, подхалимство, властолюбие, предательство — все это еще присутствует в нашем национальном организме словно какая-то неизлечимая болезнь», — говорит он.
Нет, не такими желал видеть своих потомков Абай. А увидев, Учитель ушел бы от нас в глубокой скорби и печали. Выходит, все, о чем он неустанно твердил, к чему так страстно призывал, напрасно?
Конечно, речь идет не об обществе в целом, а об отдельных ее индивидах, которых, к сожалению, не так уж и мало. Но не все еще потеряно, и надежда на наше духовное оздоровление жива. Есть в нашем обществе и силы, и духовный потенциал. Есть немало людей, которые живут по велению сердца и разума, совершают добрые дела и решительно борются с несправедливостью. Есть у нас и продолжатели дела Абая. Это поэты новой волны — Жаркен Бодеш, Серик Аксункар и другие неравнодушные граждане, патриоты страны. На них вся надежда!
Я полагаю, в Год Абая мы должны говорить не только о его величии. Оно и без наших слов неоспоримо. Прежде всего, нам надо встряхнуться и самокритично посмотреть на свое существование: а так ли мы живем? Если не сделаем этого, грош нам цена.
Как это ни странно, но у нас в обществе складывается парадоксальная ситуация. Абай сопровождает нас с самого детства. Его труды мы изучаем со школьной скамьи. О нем и его творчестве созданы произведения в различных видах искусства и жанрах. Его именем названы университеты, театры, крупные населенные пункты. А в действительности мы по-настоящему еще не познали его.
Мне думается, что появление в казахском народе такой личности — это божественный дар. Абай пришел к нам как пророк, чтобы донести до нас непреложную истину: «Люди, будьте благоразумны и едины!»
— Спасибо Вам, Асеке, за откровенный разговор!
Кукен ОРШАБЕКОВ,
Юрий КИМ (фото)